Птицы Сирин, Алканост и Гамаюн в славянской мифологии

Дата публикации: 2020-10-27 19:56:08
Статью разместил(а):
Ястребов Николай Сергеевич

Птицы Сирин, Алканост и Гамаюн в славянской мифологии

Автор: Ястребов Николай Сергеевич

 

В славянской мифологии часто встречаются образы птиц, как предвестников каких-либо событий. В частности, такими птицами являются птицы сирин, алконост.

В некоторых книгах птицы сирин, алконост, гамаюн считаются частью христианских метакультур.

Сирин своим происхождением обязан литературной средневековой традиции. Самые древние изображения Сирина восходят к X веку и сохранились на глиняных тарелках, колтах и височных кольцах (Киев, Корсунь). В средневековых русских легендах Сирин однозначно считается райской птицей, которая иногда прилетает на землю и поет вещие песни о грядущем блаженстве, однако иногда эти песни могут оказаться вредными для человека (можно потерять рассудок). Посему в некоторых легендах Сирин приобретает отрицательное значение, так что её даже начинают считать тёмной птицей, посланницей подземного мира. Рассказы о сладостном и чарующем воздействии пения Сирина на человека содержатся также в литературных памятниках XVII века. В апокрифической литературе сообщается, что птица Сирин боится громких звуков, и, чтобы отпугнуть её, люди звонят в колокола, стреляют из пушек, трубят в трубы. Иногда Сирин ассоциировался с сиреневым цветом.

По народному сказанию, утром на Яблочный Спас прилетает в яблоневый сад птица Сирин, которая грустит и плачет. А после полудня прилетает в яблоневый сад птица Алконост, которая радуется и смеётся. Птица смахивает с крыльев живую росу, и преображаются плоды, в них появляется удивительная сила — все плоды на яблонях с этого момента становятся целительными.

Образ Алконоста восходит к греческому мифу о девушке Алкионе, превращённой богами в зимородка. Название и образ её, впервые появившиеся в переводных памятниках, являются результатом недоразумения: вероятно, при переписывании «Шестоднева» Иоанна Болгарского, где речь идёт о зимородке — алкионе (греч. ἀλκυών) слова славянского текста «алкионъ есть птица морская» превратилось в «алконостъ». Самое раннее изображение Алконоста встречается в книжной миниатюре XII века. Эта райская сказочная птица стала известна по памятникам древнерусской литературы и лубочным картинкам.

По другому мифу, в алкион были превращены алкиониды, 7 дочерей великана Алкионея.

Легенды повествуют, что Алконост несёт яйца в морскую глубину посреди зимы (или во время зимнего солнцестояния). При этом яйца 7 дней лежат в глубине, а затем всплывают на поверхность. В протяжении этого времени на море наблюдается штиль. Затем Алконост забирает яйца и высиживает их на берегу. Иногда люди пытаются похитить яйцо Алконоста и поместить его в церкви под потолком.

Пение Алконоста настолько прекрасно, что услышавший его забывает обо всём на свете. Этим легенда о птице Алконост перекликается с легендой о птице Сирин.

На голове Алконоста обычно изображается корона. Согласно изображению на русских лубочных картинах, спецификой Алконоста является наличие женской груди и рук, в одной из которых она держит райский цветок или развернутый свиток с изречением о воздаянии в раю за праведную жизнь на земле. В интерпретации Виктора Васнецова Алконост приобретает белое оперение и становится птицей-вестником радости и наслаждений.

В современном неоязычестве Алконост представляется инкарнацией Хорса, которая управляет погодой.

Гамаюн — мифическая райская птица в русской культуре. В произведениях книжности XVII—XIX веков - это залетающая из рая безногая и бескрылая вечнолетающая при помощи хвоста птица, предвещающая своим падением смерть государственных деятелей.

Надёжных сведений о существовании птицы гамаюн в русском традиционном фольклоре нет. Несмотря на это, в современных литературоведческих, лингвистических и популярных мифологических работах часто ложно утверждается, что гамаюн — это древнеславянская легендарная или сказочная вещая птица с человеческим лицом, предвещающая избранным людям владычество, счастье. Встречается и обратное утверждение, что «гамаюн — в русском фольклоре птица — вещунья печали и смерти».

В культуре XIX—XXI веков имелось два основных направления развития образа: как райской птицы, с которой связываются представления о счастье и блаженстве, и, благодаря творчеству В. Васнецова и А. Блока, как мифической птицы, предвещающей беду. Визуальный образ птицы гамаюн претерпел изменение с течением времени: сначала у неё появились крылья и ноги, а затем и женское лицо.

Истоки образа восходят к мифической птице хумай из иранского фольклора и к существовавшим в XVI—XVIII веках легендам о новогвинейском зоологическом семействе райских птиц. Несмотря на распространённое заблуждение, сведений о существовании птицы гамаюн в русском традиционном фольклоре нет.

Согласно основной версии, слово имеет иранское происхождение. В мифологии иранцев, а также тюрков и других соседних народов хума(й) — мифическая птица счастья, приносящая владычество тем, над кем она очень низко пролетит, повеяв им крыльями на голову. Гамаюн — это искажение хумаюн (конкретные причины и пути перехода хумаюн в гамаюн остаются невыясненными) — прилагательного от хума(й), которое означало «приятный, добрый, хороший; процветающий, благословенный, благополучный, счастливый; благородный, высочайший, почтеннейший; августейший, шахский, царственный, императорский; искусный, хитроумный, чудодейственный». Возможно также, что гамаюн — это фрагмент от персидского "murg-i-humay’un-bal" — «птица, предвещающая счастье».

В говорах русского языка существует и, по-видимому, омонимичное слово гамаюн (гомаюн, гомоюн), образованное от корня гам- / гом- — «крик, шум, смех, говор, громкая ссора, нестройные и шумные голоса». Этой лексемой обозначают «говорливого, крикливого, шумливого» и далее «беспокойного, хлопотливого, непоседливого» и «домовитого, работящего человека; рачительного, заботливого хозяина», и, напротив, «бранчливого человека, буяна», а также человека, говорящего на другом, непохожем говоре, человека с особенностями речи и жителя определённой местности.

Первое упоминание о птице гамаюн в русской книжности встречается в переводах натурфилософского трактата «Христианская топография» (ок. 547 года) Козьмы Индикоплова, появившихся на Руси не позднее XV века, но возможно гораздо ранее.

Согласно «Книге естествословной» XVIII века, райская птица гамаюн размером чуть больше воробья, у неё прекрасное разноцветное оперение, но нет ног и крыльев, а хвост в 7 пядей (1,25 м), она постоянно летает при помощи хвоста, а если падает на землю, то умирает, и это предвещает смерть некой знатной персоны. Хотя в ряде источников сказано, что эти птицы никогда не отдыхают, другие утверждают, что они могут зацепляться двумя жилами на хребте, или перьями за сухие деревья и так восстанавливать силы.

Сидящая на пушке, первоначально безногая, а иногда также и бескрылая, райская птица Гамаюн изображена на гербе Смоленска, достоверно известном со второй половины XVII века. Однако, нужно отметить, что имя гамаюн упоминается не во всех геральдических источниках, часто говорится просто о райской птице. На гербе Смоленской губернии, утверждённом в 1856 году, райская птица «встала на ноги» и «твёрдо стоит на них, гордо задрав пышный хвост и расправив крылья». В таком виде она присутствует и на современных смоленских гербах.

Образы этих мифических птиц до сих пор присутствуют в творчестве писателей, поэтов и музыкантов, например, в песнях В. Высоцкого (Купола) и Б. Гребенщкова (Сирин, Алконост, Гамаюн).